Газета
основана
10 января 1938 г.
Выход остановлен
12 октября 1941 г., возобновлен
16 января 1945 г.
№ 13 (14932)
ДНЕПРОПЕТРОВСКАЯ ОБЛАСТНАЯ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ ГАЗЕТА
20 февраля 2001г.
 

От Баглейского моста
знает каждая верста
То, что город
начинается с Баглея!

В Днепродзержинске Баглейский район был на особом счету. Практически все крупные предприятия, в том числе оборонка, находятся на его территории. Все воинские части, квартировавшие в городе, тоже были баглейскими. Много созывов подряд депутатом Верховного Совета УССР Владимир Васильевич Щербицкий избирался именно по Баглейскому избирательному округу. Вот и стали в шутку называть район Баглейской республикой, а В.В. Щербицкого - ее президентом.
Ежегодно весной депутат Щербицкий приезжал на встречи со своими избирателями. Встречи проходили во Дворце культуры и техники Днепродзержинского производственного объединения "Азот". Причем без румяных молодиц с хлебом-солью на расшитых рушниках. Без "почетных караулов" из продрогших детей. Люди просто собирались на площади у дворца. Знали: Владимир Васильевич обязательно поздоровается с ними, поинтересуется, как идут дела. На встречах с избирателями Владимир Васильевич часто отходил от текста. Как-то он сказал:
- Принимая то или иное решение, мы интересуемся, как оно было воспринято людьми. Но чем же думают партийные руководители на местах, когда отправляют в ЦК подобные рапорты: "С чувством глубокого понимания и удовлетворения население восприняло постановление о повышении цен..."? Считают, что в ЦК идиоты сидят? Мы что, не понимаем, какое "удовлетворение" может вызвать повышение цен?
История повторяется. Сегодня в холодных и голодных городах под угрозой сокращений сгоняют людей на митинги "в поддержку конституционного строя". И никто не одергивает ретивых организаторов подобных акций.
На тех же встречах в Днепродзержинске происходили и курьезные случаи. Щербицкий был заядлым курильщиком. Когда начинались выступления, он по нескольку раз выходил из президиума за кулисы. Однажды, не разобрав в темноте, местный пожарник прикрикнул на него, нечего, мол, дымить. Кто-то из охраны цыкнул на ретивого служаку. А Владимир Васильевич затушил сигарету и извинился: проклятая привычка, бросать пора.
В другой раз забыли приготовить заварник для чая. Выход нашел завпроизводством ресторана "Днепр", который обслуживал высоких гостей. Снял свой белоснежный поварский колпак и в нем приготовил чай. Все ахнули. Щербицкий, улыбаясь, отхлебнул из стакана, похвалил чаек, а потом сказал: "Если мою просьбу уважили, то я уважу вашу". А тот возьми и скажи, что давно мечтает о "Волге". Спустя какое-то время машину выделили вне очереди.
А еще старики любят вспоминать о молодом Владимире Васильевиче, когда он после войны приехал на Днепродзержинский коксохимический завод им. Серго Орджоникидзе. Здесь его вскоре избрали секретарем партбюро. При своем росте - 183 см - он был очень худой. "В чем только душа держится", - говорили о парторге. Пешком добирался с "нижнего коксохима" к райкому партии в любую погоду. Ходил в потертом коротковатом пальто с видавшей виды полевой сумкой.
Жили Владимир и Рада Щербицкие в комнате, продуваемой ветрами, на четвертом этаже шлакобетонного дома. Здесь родился их первенец Велерий. Кроваткой ему служило корыто, которое на ночь ставили на стол. Никого из того поколения не удивишь таким бытом. Все так жили. Потому что закончилась война, и жизнь только входила в нормальную колею.
После ДКХЗ Владимир Васильевич стал парторгом ЦК КПСС на Днепровском металлургическом заводе. Оттуда - в горком партии. По традиции: секретарями горкома преимущественно становились выходцы с Дзержинки.
Теща не могла понять такого повышения, потому что зарплата первого секретаря горкома была в два раза меньше, чем на заводе. Жена-учительница получала больше главы семьи.
В то время приехал в Днепродзержинск всесильный сталинский нарком Лазарь Каганович. Долго и придирчиво расспрашивал 33-летнего первого секретаря горкома. В конце беседы неожиданно сказал, что хочет искупаться в Днепре. Потребовал, чтобы принесли два махровых полотенца. Никто в городе даже не знал, что есть такие. Подсуетились местные торговые работники. Так Щербицкий и другие высокопоставленные днепродзержинцы узнали, что это за штука такая - махровые полотенца.
Сейчас в доме по нынешнему проспекту Аношкина, где жили Щербицкие, располагается офис компании "Континент", а в их квартире - кабинет ее генерального директора. Просторный, с мягкой мебелью и баром. В день граждан пожилого возраста у ворот офиса выстраивается огромная очередь малоимущих, которым выдают по паре килограммов муки и по 10 грн. Люди сутками стоят, чтобы получить их. В былые времена даже за дефицитом не было таких очередей.

За особняки исключали из партии
В 1954-м В.В. Щербицкий стал вторым секретарем Днепропетровского обкома партии, через год - первым, а в 1957-м - членом Президиума и секретарем ЦК Компартии Украины. В 1963 году он возвращается на Днепропетровщину. Говорили, посмел возразить самому Никите Хрущеву, за что и "полетел" с должности Председателя Совета Министров УССР.
Пережившие то время знают, что значило тогда попасть в опалу. 45-летнего Щербицкого разбил инфаркт. Но тем не менее именно то, что он не стал "заглядывать в рот" Хрущеву, которого уже иначе как дорогим Никитой Сергеевичем и не называли, вызвало к Владимиру Васильевичу симпатии и партийного актива, и простых людей.
Родственники Щербицкого никогда не козыряли его именем. Когда построили Днепродзержинскую ГЭС, многие надднепровские села попали под затопление. Снесли и хатку матери. Татьяна Ивановна, как все, получила 2 тысячи рублей компенсации и участок под строительство. Даже фундамент забила. А тут еще и жена младшего брата Бориса, который работал заместителем главного инженера на Дзержинке, заболела. Она была начальником лаборатории в доменном цехе. Врачи посоветовали уехать из задымленного Днепродзержинска. Решили воспользоваться случаем и построить дом в Верхнеднепровске. Да и работу по специальности на местном заводе гарантировали.
Старшего брата решили поставить в известность о своих намерениях. Владимир Васильевич вскипел: "Да ты что, Борис, с ума сошел?! Дожил, брат в частную собственность ударился". Матери тоже пришлось отказаться от возможности построить дом.
Татьяна Ивановна получила квартирку на первом этаже старого дома на окраине Верхнеднепровска. В нее вела небольшая веранда, на которой установили двухконфорочную газовую плиту и небольшой кухонный столик. Прямо за дверью начинался небольшой коридорчик без окон, по сути, чулан. Здесь стояли шкаф и кровать, на которой спала баба Таня. Налево - дверь в традиционную светлицу. В ней большой стол, стулья, сервант, телевизор, швейная машина. На стенах - фотографии близких. Над кроватью висела старинная картина - Шевченко сидит, задумавшись, на камне. Украшал ее вышитый рушник.
Мать Щербицкого была женщиной с характером. Так и не согласилась на предложения сына переехать в Киев. В большом городе чувствовала себя неуютно, да и могилу мужа не хотела покидать. Возле него ее и похоронили в 1991 году. К деятельной бабе Тане шли люди со своими проблемами и надеждой на помощь. И всем она старалась помочь. Сын не очень таким просьбам потакал, а вот местное руководство под нажимом Татьяны Ивановны иногда пасовало.
Единственное, в чем Щербицкий никогда не отказывал, это в просьбе достать лекарство. Та же сноха Нинель Петровна подхватила вирусный гепатит, будучи беременной вторым ребенком. Вдобавок заболела воспалением легких. Болезнь была настолько тяжелой, что врачи развели руками. Спас ее Владимир Васильевич, достав в Чехословакии дефицитное лекарство. Новорожденного сына Нинель Петровна назвала в честь своего спасителя Владимиром.
Со временем семья брата переехала в Киев. Борис Васильевич возглавил филиал Всесоюзного НИИ стандартов и нормативов. Он напрямую подчинялся Москве и не зависел от местных чиновников. Когда решался вопрос о жилье, В.В. Щербицкий сказал брату: мол, можно, конечно, и четырехкомнатную квартиру получить, но если по совести, то положена трехкомнатная. Борис Васильевич получил 45-метровую трехкомнатную на четверых. По совести.
В 1993 году я познакомилась с Владимиром Ильичом Щербицким. Он обратился в Днепродзержинский горисполком по поводу получения "чернобыльского" удостоверения. Оказалось, что, будучи моряком Северного флота, принимал участие в испытании ядерного оружия на Новой Земле. Несколько кораблей направили к острову, не предупредив экипажи о том, что им грозит. Моряки сошли на берег, заняли позиции. Взрыв страшной силы произошел на глазах моряков. Серые хлопья укрыли их и землю. Эти же хлопья смывали потом с палуб уцелевших в бухте кораблей. Все, кто был на Новой Земле, дали подписку о неразглашении гостайны и были досрочно демобилизованы.
30 лет молчания. Многочисленные болезни, которым медики не могли найти объяснения. И ни разу двоюродный брат первого секретаря ЦК КПУ не обратился к своему могущественному родственнику за помощью. Только в 1989 году, когда было принято соответствующее постановление, касающееся и прав участников испытаний атомного оружия, Владимир Ильич рассказал о том, что пережил. Ему повезло. Руководителем организации "Батальоны особого риска" был его бывший командир. Он и вытребовал необходимые архивные документы для получения льгот. Но воспользоваться ими В.И.Щербицкий не успел. Вскоре бывший матрос умер.
Говорят, Владимир Васильевич держал родню в "черном теле", заботясь о добром имени семьи. Дочь Ольга работала, как и мать, учительницей в школе. Брат Борис Васильевич так и не стал академиком, хотя ему не раз предлагали переехать в Москву. Двоюродные братья проработали на рядовых рабочих должностях.

Чтобы помнили...
На Щербицкого многие смотрели как на преемника Брежнева. "Птенцы гнезда Днепропетрова" уже тогда умели держаться вместе, проталкивать друг друга на властный Олимп. Но Щербицкий явно не вписывался в закулисные сценарии.
Кто знает, как бы сложилась судьба Союза, если бы в 1979 году Щербицкий поддержал на пост секретаря ЦК КПСС кандидатуру первого секретаря Полтавского обкома партии Федора Моргуна, а не Михаила Горбачева? А согласись он на предложение Брежнева сменить А.Н. Косыгина в должности Председателя Совета Министров СССР? А такой ли случайной оказалась поездка Щербицкого в США во главе советской делегации в последние дни жизни К.У. Черненко? И почему-то вдруг произошла задержка с вылетом обратно, когда Константин Устинович умер. Тогда два заседания Политбюро прошли без него.
А потом был Чернобыль. И всю вину за случившееся "повесили" на Щербицкого. Громогласные "апостолы перестройки" умолчали, что еще с конца 70-х украинский ЦК всячески сопротивлялся концентрации на территории республики атомных энергетических монстров. В 1983-м Владимир Васильевич информировал ЦК КПСС: "9 сентября 1982 года крупная авария с разрывом одного из технологических каналов реактора и выбросом радиоактивных веществ в атмосферу произошла на Чернобыльской АЭС. Энергоблок №1 мощностью 1 млн. кВт простоял почти полгода, им недовыработано к плану 2,7 млн. кВт/ч электроэнергии. 25 февраля с.г. на том же реакторе произошел разрыв еще одного канала, энергоблок снова остановлен. Объемы и сроки работ по устранению последствий этих аварий Минэнерго СССР не определены. Длительное время с повышенной против нормы влажностью работает реактор энергоблока №2, он также требует безотлагательной остановки и ремонта. Серьезные перебои имеют место в работе энергоблока №3". Таких обращений "в никуда" было много...
Трудно сказать, как бы сложилась ситуация в Украине, если бы 18 лет не сопротивлялся центру Щербицкий. В то же время он был человеком своего времени. Следователь по особо важным делам Генпрокуратуры Украины Александр Кузьмук утверждал, что следствием, которое велось после аварии на Чернобыльской АЭС, установлено: вопрос о первомайской демонстрации 1986 года на Крещатике решался в Москве. Генсек Горбачев предупредил Щербицкого: сорвешь демонстрацию - исключим из партии. "Вот кто преступник №1 перед украинским народом", - сделал вывод следователь.
"Выбились в люди" те, кто шельмовал Щербицкого. Кто делает новую партийную карьеру в расплодившихся партиях. Кто ушел на дипломатическую службу. Кто возглавил банки и концерны, превратившись в олигархов.
Владимир Васильевич сам вынес себе приговор и сам привел его в исполнение. Он не пытался пересидеть и переждать "гласность и демократию", чтобы, подобно своим коллегам по брежневскому Политбюро, вновь стать во главе уже самостийных государств. Если он и заблуждался, то искренне, не приспосабливаясь и не подличая.
До сих пор в Днепродзержинске вспоминают В.В. Щербицкого как президента Баглейской республики. От нее остались только жалкие руины. Распался на многочисленные мелкие предприятия бывший Приднепровский химзавод, оставив городу многочисленные радиационные могильники. Всего несколько цехов работают на "ДнепрАзоте", перешедшем под крыло "Приватбанка". Натужно пыхтят два коксохима ( Днепродзержинский, где начинал свою карьеру Щербицкий, в эти дни отмечает свое 70-летие). Стоят заводы поменьше... В районном бюджете денег хватает лишь на содержание аппарата.
Наверное, здесь не скоро зазвучит: "От Баглейского моста знает каждая верста..."
Людмила Глок,
соб.корр. "Днепровской правды"
г.Днепродзержинск